Книга, опубликованная парижским издательством Fayard в 1983 году, открывается сообщением об удивительном сочетании «психологии осажденной крепости» (с одной стороны) и массового развития комплекса вины, беспрецедентной тяги к самоуглубленности и осмыслению проблем морали (с другой стороны) в коллективном сознании Европы начиная с XIV века, когда родилась «болезнь совестливости». Человек становится главным врагом самого себя. Установлена связь греха с бедствиями, насылаемыми разгневанным Богом. Призывы к обращению и покаянию, ставшие едва ли не главным содержанием альманахов для чтения в XVI веке, подкрепляли другой тезис церкви — «…о том, что Сатана повсюду, а значит, и в сердце каждого человека» (с. 6). Самоуничижение и Страх стали внутренней формой европейской цивилизации в начале Нового времени.

Миниатюра «Битва рыцарей с сарацинами».
(«Хроники Франции и Сен-Дени», Британская библиотека, Лондон, XV век).

Сборник открывается классической статьей Квентина Скиннера «The State» (1989). Пытаясь зафиксировать момент возникновения современного понятия о государстве, Скиннер обнаруживает, что латинское слово status, наряду с такими эквивалентами из национальных языков, как estat, stato и state, становится общеупотребительным в разнообразных политических контекстах где-то начиная с XIV века. Однако в этот начальный период данные слова используются главным образом для указания на состояние величия, высокого положения, достоинства и величавости (стати) самих правителей. В основе предположения, что королям «принадлежит» особое свойство величия или достоинства, лежало господствующее тогда убеждение, что верховная власть тесно связана с наглядным поведением, а физическое присутствие величия само по себе обладает повелевающей силой. К концу XIV века термин status начинает активно использоваться также и для указания на состояние или положение королевства или республики. Идеал поддержания bonus или даже optimus status reipublicae был римским по происхождению и подразумевал диктат правосудия ради достижения общего блага.